4 февраля 2026 года ключевой свидетель обвинения Алмаз Муртазин начал давать показания в Мензелинском райсуде
В Мензелинском районном суде Республики Татарстан продолжается один из самых резонансных процессов последних лет, уголовное дело в отношении Энгеля Наваповича Фаттахова, бывшего вице-премьера Татарстана, экс-министра образования и науки РТ, а также бывшего главы Актанышского района. 4-6 февраля 2026 года ключевым событием стал допрос одного из главных свидетелей обвинения – предпринимателя Алмаза Муртазина. Его показания, которые легли в основу обвинения в получении взятки в особо крупном размере, подверглись серьезному разбору со стороны защиты. Основываясь на материалах от адвокатов Фаттахова, мы разберем, что произошло в эти дни, почему показания Муртазина вызывают сомнения и что ждет дело дальше. Этот пост – попытка объективно осветить ситуацию, где переплетаются коррупционные обвинения, финансовые интриги и, возможно, личные мотивы.
.
Энгель Фаттахов – фигура, хорошо известная в Татарстане. Он возглавлял Актанышский район более 20 лет, превратив его в один из лидеров по сельскому хозяйству и социальному развитию. За свои заслуги он получил звания Заслуженного работника сельского хозяйства РТ и РФ. В 2015-2017 годах Фаттахов занимал пост вице-премьера и министра образования Татарстана, а с 2018 по 2022 год снова вернулся на должность главы Актанышского района. Однако в мае 2024 года его карьера оборвалась. Фаттахова арестовали по подозрению в получении взяток на общую сумму 26 млн рублей и превышении должностных полномочий с ущербом в 160 млн рублей.
Дело было возбуждено на основе заявления Алмаза Муртазина, директора компаний «Стройком» и «ПСК Спецстрой». По версии следствия, Муртазин с 2018 по 2021 год провел реконструкцию дома Фаттахова в Актаныше на сумму 21,8 млн рублей, что якобы было взяткой за содействие в получении бюджетных подрядов. В обмен Фаттахов якобы написал рекомендательные письма в ГИСУ РТ, помогая компаниям Муртазина выиграть контракты на ремонт школ, культурных объектов и молодежного центра «Яшьлек» на общую сумму свыше 150 млн рублей.
Дело слушается в Мензелинском районном суде с октября 2025 года, после того как прокуратура Татарстана настояла на смене подсудности из Актанышского суда, ссылаясь на возможные связи Фаттахова в родном районе. Фаттахов с самого начала отрицает вину, называя дело «заказным» и «сказкой Следственного комитета». Он утверждает, что стал жертвой интриг, в том числе из-за разоблачения коррупции в прокуратуре Актанышского района в 2010-х годах, когда раскрыл схемы вымогательства у местных бизнесменов.
Фото: Мензелинский районный суд Республики Татарстан
Ключевые моменты допроса Муртазина 4-6 февраля 2026
4 и 5 февраля 2026 года в Мензелинском суде давал показания ключевой свидетель обвинения — Алмаз Муртазин. Он продолжал настаивать на своей версии. Ремонт дома Фаттахова на сумму более 21 млн рублей был выполнен за его счет в качестве взятки. Однако под напором вопросов защиты и суда вскрылись серьезные нестыковки, которые ставят под сомнение достоверность его слов.
При этом стоит отметить существенное расхождение. Муртазин упорно говорит о сумме свыше 21 млн рублей, тогда как проведенная в ходе расследования строительная экспертиза МВД (при участии СК) оценила реальную стоимость работ значительно ниже — в 13 млн рублей. Эта корректировка суммы после экспертизы вызывает вопросы. Если взятка — это фиксированная передача ценностей, почему её размер так сильно снизился в ходе следствия? Общая сумма взяток по делу осталась 26 млн, но по ключевому эпизоду с ремонтом дома оценка была существенно уменьшена.
Во-первых, Муртазин рассказал о событиях 20 мая 2024 года – дне, когда к нему домой пришли сотрудники правоохранительных органов. Они расспрашивали о его собственном деле по мошенничеству при строительстве молодежного центра «Яшьлек» (контракт на 28 млн рублей), а также о ремонте дома Фаттахова. Муртазин, по его словам, испугался, подумав, что Фаттахов подал на него заявление. В панике он решил «опередить» и сам написал заявление о даче взятки Фаттахову. При этом он консультировался с бывшим прокурором Актанышского района Русланом Загрутдиновым (ныне представителем потерпевшей стороны в суде), который посоветовал, если первым заявить о взятке, то по примечанию к ст. 291 УК РФ можно избежать ответственности.
Защита Фаттахова подчеркивает, это выглядит как классическая схема самооговора под давлением. Муртазин не открывал дверь полицейским долгое время, а затем написал заявление прямо при них. Более того, его собственное дело о мошенничестве было закрыто вскоре после ареста Фаттахова, что намекает на возможную сделку со следствием.
В ходе судебного разбирательства было установлено, что ремонт дома Фаттахова начался в 2018 году. Инициатива помощи исходила от Алмаза Муртазина, который на тот момент занимался строительным бизнесом и располагал возможностями привлекать подрядчиков и закупать материалы по сниженным ценам. Между сторонами не было заключено письменного договора. Существовала устная договоренность, подтвержденная перепиской в мессенджере. Фаттахов и Муртазин были знакомы более десяти лет, что стало основанием для доверительного формата отношений.
В ходе ремонта, Энгель Навапович часть материалов оплачивал напрямую, а в ряде случаев передавал Муртазину наличные средства после того, как тот направлял счета и перечни работ через мессенджер. Кроме того, в суде выяснилось, что показания Муртазина по ряду эпизодов расходятся с ранее данными им объяснениями. Так, если на стадии следствия он утверждал, что не получил от Фаттахова никаких денежных средств, то в суде признал, что частично получал оплату наличными, называя конкретные сумму в 800 тысяч рублей.
Во-вторых, огромные сомнения вызывает сама сумма ремонта 21 млн рублей. Защита представила сравнения. В 2018-2019 годах за подобные деньги можно было построить новую школу. Например, школа в селе Чалманарат обошлась в 15 млн рублей по госконтракту. Ремонт частного дома на такую сумму кажется завышенным. Муртазин не смог убедительно объяснить, почему работы стоили так дорого, и признал, что одновременно «за свой счет» строил молодежный центр «Яшьлек». Откуда у него были такие средства? Он не дал четкого ответа.
При анализе показаний версия о «взятке» сталкивается с экономическими противоречиями. Подряд на «Яшьлек» (стоимость 28 млн рублей) был получен спустя три года после начала ремонта, рентабельность таких подрядов 8-9%, возможная прибыль около 2,5 млн рублей, что в разы ниже заявленной суммы. Кроме того, Муртазин сорвал сроки, и объект достроила другая компания.
Особое внимание в суде привлек эпизод с водосточной системой. Муртазин подтвердил, что включает работы по устройству водосточной системы в общую сумму заявленной «взятки». При этом он заявил, что не помнит, кто именно выполнял эти работы. Позже в своих показаниях он утверждал, что сам выполнил эту работу и что она осталась неоплаченной. Однако в материалах дела имеются показания родного брата Муртазина – Ниаз, который прямо указал, именно он выполнял работы по водосточной системе и получил за них полную оплату от Энгеля Фаттахова. Этот факт ставит под серьезное сомнение включение данной работы в сумму якобы неоплаченной «взятки» и дополнительно подрывает доверие к показаниям Алмаза Муртазина.
В целом в ходе допроса суду были представлены обстоятельства, указывающие на то, что показания свидетеля менялись по мере разбирательства. Вопросы возникли как к объему выполненных работ, так и к источникам их оплаты, а также к включению в расчеты элементов, по которым имеются сведения о произведенном расчете. Защита акцентирует, что конфликт выглядит как хозяйственный спор о размере и полноте расчета, а не как классическая коррупционная схема.
Финансовые несостыковки компаний Муртазина
Одним из самых убедительных аргументов защиты стали данные о финансовом состоянии компаний Муртазина. «Стройком» в 2016 году имел прибыль 2,7 млн рублей, в 2017 – 2,6 млн, в 2018 – всего 198 тыс. Итого за три года – 5,498 млн. «ООО Спецстрой» показывало еще меньшие цифры: 2017 – 260 тыс., 2018 – 146 тыс., 2019 – 286 тыс., 2020 – 256 тыс. Итого – 928 тыс. рублей. Общая сумма прибылей за несколько лет не дотягивает даже до половины заявленной «взятки». У Муртазина и его семьи как физических лиц также не отражено значительных личных доходов, что делает невозможным финансирование ремонта за свой счет.
На вопрос, откуда деньги, Муртазин ответил: «Брал кредиты». Но он не смог назвать банки, суммы или даты. Это вызвало скепсис в суде. Более того, с июня 2022 года (отставка Фаттахова) Муртазин ни разу не требовал возврата так называемого «долга». Для любого бизнесмена 21 млн – огромная сумма, и отсутствие претензий указывает, что никакой задолженности не было. Если верить Муртазину, Фаттахов должен был «отплатить» помощью в подрядах, но после ухода чиновника никаких требований не последовало.
Защита предполагает, что Муртазин действовал в своей выгоде – оплачивал расходы Фаттахова со счета фирмы, чтобы списать их в расходы и сэкономить на налогах, а получал наличные от Фаттахова. Это подтверждается отсутствием документов о передаче средств.
Пропавшая аудиозапись и давление следствия
В суде вскрылся еще один факт. Семья Муртазиных тайно записывала разговоры с Фаттаховым. Однако Муртазин не предоставил эти записи следствию. Почему? Защита уверена: на пленке Фаттахов говорит о полном расчете за работы, что разрушает версию о взятке. Запись упоминалась в материалах дела, но «исчезла» к моменту суда.
Муртазин под диктовку правоохранителей написал, что Фаттахов якобы связан с криминальными структурами, но в суде отказался от этих слов. Это указывает на давление. Сам Муртазин – верующий мусульманин, несколько раз совершал хадж. Очевидно, что его действия мотивированы личной выгодой – сначала экономия на налогах, потом ложные показания, чтобы избежать ответственности по своему делу.
Бывший министр образования Татарстана Энгель Фаттахов.
Отдельно стоит отметить эпизод с 12,5 млн рублей. Это не был итоговый расчет – напротив, Муртазины вымогали эти деньги у Фаттахова. Энгель Навапович не хотел отдавать, считая, что полностью рассчитался за работы. С Муртазиным пытался поговорить его сын. Поняв, что разговор бесполезен из-за шантажа, сын посоветовал не связываться с Муртазиными дальше. По настоянию сына Фаттахов взял кредит в Ак Барс банке и отдал деньги Муртазину. Кредит гасится до сих пор.
Свидетели и новые факты
Допрос Муртазина – лишь начало. Защита анонсировала появление свидетелей, которые подтвердят, что Фаттахов оплачивал работы напрямую. Это может полностью опровергнуть версию о взятке. В предыдущих заседаниях (январь 2026) уже разбирали другие эпизоды, где вскрылись несостыковки, например, «взятка» в 1600 рублей, которую следствие пыталось выдать за коррупцию. Также в суде давала показания свидетель Кустова, которая сама призналась, что подписала показания против Фаттахова под давлением и угрозами.
Фаттахов в суде неоднократно заявлял: «Муртазин, Нагимов и Гайнуллин – аферисты и жулики!» Он связывает давление с вымогательством в 2024 году и личной местью Загрутдинова, которого он разоблачил ранее. Параллельно идет гражданский процесс в Казани о конфискации активов на 651 млн рублей.
Дело Фаттахова поднимает вопросы о справедливости правосудия в Татарстане. Показания Муртазина полны противоречий, финансовые данные не сходятся, а мотивы свидетеля кажутся корыстными. Если разоблачение продолжится, это может стать прецедентом. Будем следить, возможно, правда восторжествует!