В Мензелинском районном суде 2 апреля прошло заседание по уголовному делу экс-руководителя Актанышского района Энгеля Наваповича Фаттахова.
Прокуратура вызвала для дачи показаний Руслана Гайнуллина – сына предпринимателя. Его коммерческие структуры фигурируют в материалах расследования. Однако ожидания истца не оправдались: Гайнуллин-младший признался: он не располагает собственными сведениями о событиях, а вся его информация почерпнута от отца.
Фактическая осведомленность свидетеля
По словам Руслана Гайнуллина, в семейном деле ему доверяли только привозить стройматериалы туда, куда укажут. Вопросы оплаты, подписания договоров и выбора объектов находились вне его компетенции – этим занимался исключительно отец.
И добавил предельно откровенно: «Я в эти темы вообще не вникал даже. Там отец ходил, разговаривал».
О полутора миллионах и шестистах тысячах рублей, – которые следствие считает частью взятки, Гайнуллин-младший узнал от отца постфактум. В момент, когда предположительно происходила передача денег, он отсутствовал и подробностями не владеет.
Расхождение в цифрах внутри одной семьи
На заседании подробно разбирался эпизод, связанный с восстановлением столовой в агрофирме «Чишма». Оценка затрат на эти работы у разных членов семьи Гайнуллиных разнится кардинально:
По оценке самого Руслана Гайнуллина, на ремонт столовой было израсходовано около 5-6 млн руб. А Гайнуллин-старший обозначил сумму вдвое больше – 12 млн. Любопытно, что экспертиза МВД, которую провели в рамках следствия, вывела цифру 4,9 млн, что практически не расходится с позицией стороны защиты.
Таким образом, версия защиты о настоящей стоимости ремонта (около 5 миллионов) оказалась близка к выводам государственной экспертизы, тогда как первоначальные утверждения отца свидетеля не подтвердились.
При ответе вопрос, по каким причинам его родитель обратился в правоохранительные органы с заявлениями на Фаттахова, Руслан Гайнуллин признался: отца «забрали в Следственный комитет».
На вопрос о возможном давлении или неправомерных действиях следствия свидетель ответить не смог — таких фактов он не знает.
Свидетель также подтвердил, что компании, через которые семья вела деятельность, давно закрыты, а сам он лично с подсудимым практически не знаком.
Следовательно, показания Гайнуллина-младшего – не прямое свидетельство, а лишь воспроизведение чужих слов.
Анализ финансовой документации: доводы защиты
Энгель Фаттахов, используя свое право задавать вопросы, детально разобрал реестр затрат на ремонт его дома. Именно данный документ, обвинение считает одним из доказательств получения взятки.
Подсудимый перечислил множество нестыковок в документах, представленных Муртазиным. Заложена плитка на 400 тысяч рублей – хотя в его доме такого количества материала просто нет. Ковролин, якобы купленный на 250 тысяч, в реальности стоит около 20 тысяч. Многие счета-фактуры лишены обязательных подписей и печатей. А часть работ якобы велась в тот период, когда подсудимый уже жил в доме, что делает их технически невозможными.
Отдельно Фаттахов обратил внимание суда на одну деталь: в бумагах с датой 2018 год начислен единый социальный налог. Этот налог был отменен в России еще в 2010 году, что, по утверждению Фаттахова, однозначно свидетельствует о подложном характере документов.
ЕСН — налог, который отменили в России ещё до 2010 года. По его мнению, это не может быть случайной ошибкой, а указывает на явную подделку.
Подсчет реальных затрат
Собственные подсчеты Фаттахова и анализ реестра показали: фактически на ремонт ушло не более пяти миллионов рублей. Однако в главном документе обвинения, где следствие видит подтверждение взятки, значится 21 млн. По словам подсудимого, эту бумагу составила супруга основного свидетеля — Дильбар Муртазина.
В смете, в частности, отражена выплата рабочим 4,5 млн руб. в качестве зарплаты. «Кому? У него четыре человека», – заметил Фаттахов. Также фигурирует мраморная лестничная группа стоимостью 650 тыс. руб. Однако, как выяснилось в суде, монтировал ее совсем иной подрядчик — тот, кто не имел никакого отношения к предпринимателю Муртазину.
Показательный пример – счета-фактуры компании «Аква». У многих из них нет подписей и печатей, датированы они тем периодом, когда дом уже был заселен. Фаттахов пояснил: «В это время я там жил. Никакие работы там не велись».
Продолжение судебного разбирательства
Заседание завершилось объявлением перерыва до следующего дня.
Защита шаг за шагом показывает, что главные аргументы обвинения – не более чем иллюзия. Показания свидетеля строятся на чужих пересказах и противоречащих друг другу цифрах. Что касается финансовых документов, то они изобилуют серьезными недочетами и вызывают обоснованные подозрения в подделке.
Рассмотрение уголовного дела будет продолжено.